Олег Лукошин Раздел: Kult прозы Версия для печати

Размышления О Современной Русскоязычной Литературе

Что такое современная русскоязычная литература? Что это за явление, что за действо, что за пространство? Куда она идёт, к чему призывает, чему учит? Скрыты ли в ней истинные силы, способные открыть глаза незрячим, утешить отчаявшихся, поддержать пошатнувшихся? Нужна ли она современному человеку, думающему и говорящему на русском языке? Существует ли в ней, в конце концов, истинная потребность?
Громкие и пафосные вопросы ставлю я сам себе, ну а как иначе: говоря о Литературе, сам того не желая, сбиваешься на высокий и пафосный стиль. Литература — это образ Вечной Правды — затаившейся, скрываемой, подгнившей, но всё ещё не изжившей себя, всё ещё вселяющей надежду. Как ещё можно окунуться в Правду, кроме как через чтение? Да никак! Литература — она везде и всюду. Всё от неё исходит, всё ей кормится. Писатель — это звание покруче, чем какой-то там журналист, режиссёр или даже политик. Писатель — он что-то вроде гуру, который раскрывает человеческому стаду новые задачи и потребности, стоящие на данном этапе истории. Где ещё вы отыщете ту степень интимности, которая возникает при чтении книги? Нигде! Только здесь, только так — тет-а-тет — погружается человек в размышления о своей недоразвитой природе, постигает истины, произведённые столпами человеческой мысли и находит ответы на вопросы, волновавшие его с рождения. Ну, а чаще всего не находит.
Современные русскоязычные бумагомаратели движутся тем же путём. Правду ищут они — в себе и в окружающей их действительности. Правдой называют они свои видения, запечатлённые на бумаге. Правдой пытаются представить они их, даже если таковыми произведения их не являются, а созданы лишь для того, чтобы сбить с доверчивых читателей лишнюю копейку. Радует ли читателей такая правда? Вряд ли. Лично я не знаю ни одного человека, который испытывал бы хоть небольшую степень удовлетворения от качества современных произведений и идей, заложенных в них.
Грубо говоря, всю современную русскоязычную «серьёзную» прозу (детективную, фантастическую и прочую любовно-мелодраматическую я касаться не буду, нет там правды жизни, да впрочем авторы этих жанров честно об этом и заявляют, не в пример некоторым своим «продвинутым» коллегам) можно разделить на два направления. «Мейнсрим» и «контркультура» — вот им названия. Придуманы они не мной, разделению этому уже несколько десятков лет, вот только в России, пожалуй, с ним познакомились позднее других стран — всё таки ещё каких-то 15 лет назад литература наша была цельной и монолитной в своём государствено значимом проявлении. Под «мейнстримом» следует понимать «правильную» литературу. Это литература «толстых» журналов, солидных издательств, лысых или седых черепушек, толстых линз очков и сморщенных от жизненного опыта лиц. «Мейнстрим» — несколько сотен дядь и тёть, регулярно печатающихся в журналах, регулярно выпускающих книги, регулярно мелькающих в телевизионных программах. Слов нет, они молодцы. Они не просто литераторы, они политики и актёры в одном лице. Они умеют работать на камеру, говорить глубокомысленные сентенции и вести себя так, как будто всё человечество виновато перед ними и пожизненно должно расплачиваться за свои грехи.
Отличительная черта «мейнстрима» — смертная тоска. Надо обладать изрядными талантами в терпении и не дюжей силой воли, чтобы суметь не бросить чтение авторов «мейнстрима» после первых нескольких страниц. Тоска пронизывает их творчество от первой до последней буквы, тоска живёт в каждой запятой, тоска витает над каждым словом. Этот вид тоски в народе называют обычно образным словом «нудятина». Что является базисом этих произведений? Прежде всего — какие-либо исторические события. Революция, коллективизация, война, перестройка. Иногда мне кажется, что вся «правильная» русскоязычная литература просто бы исчезла, если бы в истории России не было дедушки Сталина. «Правильным» литераторам просто не о чем было бы писать. На фоне этого исторического фона, поданного в большинстве случаев однобоко, примитивно, а то и попросту безграмотно «правильные» писуны помещают своих героев. Прежде всего надо сказать, что сюжеты произведений мейнстрима абсолютно не поражают какой бы то ни было оригинальностью. Оригинальность считается здесь дурным тоном. Сюжет «правильной» литературы — это простенькая, зачастую глуповатая побасёнка из семейной жизни, из жизни недотёпы-интеллигента (столь любимый всеми «правильными» литераторами образ «маленького» человека), из жизни некой общности людей (моряков, инженеров, писателей), в которую наш серьёзный литератор вбухивает десяти-двадцати страничными вставками свои глубокие рассуждения о жизни. Рассуждениям до оригинальности ещё дальше, чем сюжетам. Мир трагичен, жизнь тяжела, а коммунисты сволочи — вот примерный перечень тем, на которые рассуждают современные «правильные» писатели.
Более того, все они сплочённы и едины, несмотря на то, что порой возникает впечатление, что кое-кто из них ссорится и ругается между собой. Всё это вам кажется, дорогие друзья, «правильные» литераторы — это монолит. Они спаяны друг с другом незримыми узами, они словно масонская ложа, дисциплина возведена в их рядах в ранг закона. И закон, который царит в их рядах — круговая порука. Каждый должен знать о каждом и в любую минуту поручиться за него. Для чего это нужно? Да просто «правильные» загребают самые жирные куски с пусть и небогатого, но всё же и не нищего писательского стола. Вам никогда, дорогие мои друзья, не стать «правильным» литератором, если за вас не даст зуб какой-нибудь литератор «в законе». Здесь всё как у гангстеров. Приводит пожилой гангстер молодого в банду и говорит: «Это НАШ друг, Донни Браско…» «Ага, — смекают его кореша, — пожилой ручается за молодого. В случае если молодой окажется сукой, мы порешим и старого». Точно так же и в писательской среде. Если вы услышали о каком-нибудь не в меру молодом литераторе, которого вдруг восхваляют старые писатели, которому дают какие-то премии, ищите родственные и дружеские связи. Именно они дадут объяснение взлёту этого молодого автора, а никакой не талант. По секрету вам скажу, что в такую вещь как талант «правильные» литераторы вообще не верят. Талантливо произведение или нет — это десятый вопрос, который влияет на то, печатать его или нет. Редакции журналов и издательств отнюдь не инновационные компании, где каждому новому таланту кричат «Эврика!», восхищаются им и тут же ведут в печать. Нет, редакции — это тихие оплоты «правильных» мыслей, а как можно доверять молодому, да ещё и талантливому если за него не дал зуб не один из «паханов»? Самое мягкое сравнение, которое приходит на ум при оценке работы редакций — это отделы кадров. Тихие степенные тётеньки (на 90% редакции состоят из тётенек, мужики менее стойкие) ведут неторопливый и тщательный отбор, главными критериями которого является преданность делу «мафии» и поручительства от «паханов». Нет поручительств — у-у, молодой человек, слабовато ваше произведение.
Самый яркий пример взлёта молодого литератора за последний годы — Сергей Шаргунов. Парень с девятнадцати лет печатается в «Новом Мире», в двадцать с чем-то поручил премию «Дебют», все «правильные» отзываются о нём исключительно положительно, даже несмотря на «неправильный» крен в виде симпатий к писателю-педерасту и известному политическому клоуну Лимонову. Объяснение такому взлёту можно найти в самих произведениях Серёги: в одном из них он вспоминает, как в детстве в их квартиру приходила в гости Анастасия Цветаева, как в доме, где он жил, ему встречались знаменитые советские генералы и политические деятели. Более того, у Серёжи правильный папа. Мало того, что он священнослужитель в одном из крупных московских храмов, он ещё и руководитель какой-то общественной организации. Дорогой друг, молодой литератор! К тебе в детстве приходила в гости Анастасия Цветаева? В твоём доме жили советские политические деятели? Твой папа — руководитель общественной организации? Ну а тогда чему ты удивляешься, что тебе везде крутят пальцем у виска и говорят, что ты чмо подзаборное. Правильно же говорят, чё ты рыпаешься! Иди и дрочи, сучёнок бездарный!

Другая грань современной русскоязычной литературы — «контркультура». Из названия ясно, что деятели этого явления против. Против всего застарелого и костного. Своих «толстых» журналов у этих ребят нет. Они окопались в нескольких жутко «независимых» издательствах, типа московского «Ад Маргинем» или питерского «Амфора». Тиражи их книг (за исключением нескольких имён) невелики. Аудитория, к которой апеллируют авторы «контркультуры» — рассерженная (но и неравнодушная) молодёжь. Что является отличительной чертой этого явления современной русскоязычной прозы?
Прежде всего вся «контркультура» зиждется на некоем псевдолитературном явлении, которое у очень умных людей принято называть «постмодернизмом». Как объяснить, что такое «постмодернизм» простым и доступным языком? Да очень просто. «Постмодернизм» — это когда автор пишет и одновременно от души издевается над тем, что пишет. «Постмодернизм» — это историческая реакция на «правильную» литературу. Просто деятелям «постмодернизма» в один прекрасный момент надоела глупость и примитивность ходов «правильной» литературы и они пустились во все тяжкие. Бредовые галюциногенные сюжеты, свобода лексики и образности, алогичность в развитии сюжета, а зачастую и попросту отсутствие такового — вот отличительные черты «постмодернизма», а вслед за ним и всей «контркультуры». Три момента являются особо значимыми для «контркультурщиков»: наркотики, секс, и мат. Подавляющее большинство «контркультурных» произведений замешаны на наркотиках. Наркотики для авторов «контркультуры» — это тот же Сталин для «правильных» литераторов. Отбери у них наркотики — и «контркультурщикам» станет не о чем писать. Далее секс. Секс описывают и «правильные», но они тщетно стараются делать это возвышенно. Секс — это продолжение любви для старичков-гангстеров, а для молодых «контркультурщиков» секс — это способ показать упадок современного человека. Секс здесь грязен и омерзителен, светлый образ женщины-жены и женщины-матери сознательно затоптан и испохаблен. Секс — это грань разложения современного человека, а отнюдь не источник удовольствия. Ну и последний «кит» — это мат, точнее «ненормативная лексика». Она понимается здесь как выражение абсолютной свободы, как отрыв от догм и попросту освобождение. Впрочем, справедливости ради надо сказать, что в произведениях «правильных» литераторов ненормативной лексики тоже предостаточно — к ней в писательской среде все относятся уже более чем спокойно, все споры и противоречия вокруг неё отболели и утихли. Однако обществу, широким слоям населения, в частнос ти зрителям разнообразных ток-шоу именно мат преподносится как водораздел для определения «правильной» и «неправильной» литературы. Вот сидит Баян Ширянов на шоу Андрея Малахова и оправдывается (ей-богу, оправдывается!) за то, что он использует в своих произведениях мат. У меня его не так много, говорит он, есть немало произведений и вовсе без мата. Да господи, пусть Малахов со своими зрителями откроют любой «толстый» журнал и подсчитают там количество нецензурных слов в произведениях «правильных» литераторов!
Но не в мате по большому счёту дело, не в нём всё же кроется разница между «мейнстримом» и «контркультурой». Она в идеях. Что выражают деятели «контркультуры». Да ту самую Правду Жизни, потаённую и сокровенную, они и пытаются выразить в своих наскоро настроченных произведениях. Вот только получается ли она у них, эта правда, которой так хочется и к которой так стремишься? Открывают ли они, авторы «конрткультуры», её в своих выстраданных произведениях? Вам кажется да? А вот мне почему-то нет.
Два самых известных, самых «культовых» деятеля современной литературной «контркультуры» — это конечно же… Правильно, дядя Витя Пелевин и дядя Вова Сорокин. Именно они являются апологетами современной «запредельной» прозы, выстраданной правды нашего потерянного наркоманского поколения. Почему эти два в высшей степени посредственных литератора получили такую известность остаётся для меня большой загадкой.
Когда я впервые прочёл Пелевина, я подумал, что меня просто обманывают. Что, этот плохо владеющий словом бумагомаратель, этот человек, не умеющий придумывать мало-мальски складных сюжетов, этот натужный пальцососатель, бухающий в свои произведения гремуче-идиотскую смесь псевдофилософской бредятины — именно он и является сейчас знаменем Русской Литературы? То первое состояние удивления не покидает меня до сих пор. Господи, как же низко должна была пасть культура, как же необратимо должны отупеть люди, чтобы этот срам воспринимать как Откровение! Да, ему доподлинно удалось передать весь идиотизм постперестроечного мышления: старухи в кооперативных туалетах, изменяющие реальность; Ленин, прорывающийся в Кремль; Чапаев, открывающий тайны бытия. Но, чёрт возьми, каким же невообразимо идиотским пафосом, какой элементарной человеческой тупостью несёт от этих произведений! Каким же дураком надо считать себя, чтобы всерьёз воспринимать это дураковаляние?!
Сорокин. Его я прочитал позднее и удивление, которое, казалось, уже невозможно было сдвинуть с тех высот, на какие оно взлетело после прочтения Пелевина, всё же сумело подняться ещё на несколько порядков. Идиотизм в творчестве Сорокина превысил все мыслимые и немыслимые пределы. Говорить о сюжетах и идеях здесь не приходится, они слишком тупы, говорить в случае с Сорокиным можно лишь о неких намёках на идеи. Всё творчество этого бездаря построено на человеконенавистнических мотивах: видимо своей задачей он поставил абсолютное и бесповоротное унижение человеческой сущности. Омерзение в его произведениях вызывают отнюдь не сцены поедания кала или расчленения людей, нет, омерзение вызывает та безапелляционная глупость, с которой этот гандон взялся за развенчание того, чего он не понимает и до чего ему, твари ничтожной, даже дотрагиваться не стоит — Человеческой Природы.
Особенно поражает в случае с Сорокиным количество его почитателей. Вдруг, в одночасье, в стране сформировалась целая армия псевдоумных, псевдоначитанных уёбков, которое подняло этого литературного обсоса на щит. Закомплесованные офисные долбоёбы, не знающие в жизни ничего кроме онанизма и дешёвого пива, судящие о Человеке и его Духе по своим тщедушным разлагающимся личностям, они, пуская слюни, увидели в этих бездарных произведениях некий знак, который был воспринят их недоразвитыми умишками как Освобождение. Горе вам, крысы ползучие, потому что это псевдоосвобождение обернётся для вас самым настоящим Порабощением! Отныне Человек стал для вас врагом, а попросту вы сами стали врагом для себя, всю жизнь будете вы жить в страхе, потому что в каждом из человеческих существ увидите только мерзость и ничего более. И не построить вам счастливых отношений ни с женщиной, ни с родственником, ни с другом, потому что поклонением перед Сорокинским дерьмом вы зачеркнули вековые человеческие завоевания в освобождении от животных пут. Сейчас вы снова стали ползучими тварями, да, впрочем, ничего другого вы и не заслуживаете.
Идиотизм вообще является отличительной чертой всей «контркультуры». Я не читал ещё ни одного по-настоящему умного, талантливого и искреннего «контркультурного» произведения. «Контркультурные» авторы умеют только кривляться и пародировать своих западных коллег. Как и у «правильных» литераторов в их среде действуют законы круговой поруки, только приобретают они более изощрённые и идиотские формы. Самое печальное, что наблюдается в выборе «контркультурных» произведений и авторов для печати и раскрутки — это абсолютная случайность. Любой придурок может завтра стать звездой «контркулькультурной» литературы, а своры идиотов будет выискивать в его произведениях скрытый смысл, отсутствующее мастерство и несуществующую тайну.
Что такое современная русскоязычная литература? — отвечаю я на свой собственный вопрос, заданный в начале статьи. — Говно — вот что такое современная русскоязычная литература.
Что это за явление, что за действо, что за пространство? Куда она идёт, к чему призывает, чему учит? — Да никуда она не идёт, призывает только к отупению, учит лишь лживости, и совершенно очевидно не является ни явлением, ни действом и ни пространством. Это фикция, не более того.
Скрыты ли в ней истинные силы, способные открыть глаза незрячим, утешить отчаявшихся, поддержать пошатнувшихся? — Чёрта с два! Современная литература может только ослепить зрячего, усилить отчаяние у отчаявшегося и добить пошатнувшегося.
Нужна ли она современному человеку, думающему и говорящему на русском языке? Существует ли в ней, в конце концов, истинная потребность? — Совершенно очевидно: НЕ НУЖНА. И потребности в ней у большинства населения нет. Оно, большинство, кстати говоря, и не подозревает, что в природе существует какая-то там современная русскоязычная литература.
И весьма при этом счастливо.

12.10.2005 06:52:58

Всего голосов:  0   
фтопку  0   
культуризм  0   
средне-терпимо  0   
зачёт  0   
в избранное 0   



Логин: * Пароль: *
Текст: *

Комментарии :  20

хорошо интурист говорит. складно так. чем дальше слушаешь, тем слаще и пафосней речи. вот только сказано об этом уже много раз, и куда более грамотными и стильными методами. встает вопрос «зачем?», но мы-то, в отличие от автора, не будем сбиваться на высокий штиль. пойдем себе тихонечко, читать Пелевина с Лукиным. Умные люди нынче серьезных книжек не пишут. Статей, думаю, тоже.
12.10.2005 13:25:50
  • Таша
Дорогой автор, мне вот совсем не очевидно, что литература не нужна.
Не в том дело, что писатели стали писать плохо — наряду с писателями появились графоманы и прочие личности. Все дело в том, что гораздо проще стало донести свои мыслишки и видения до людей) Потому что у всех на все теперь есть право. А нам с вами в такой ситуации стоит только пожелать внимательнее отделять зерна от плевел, потому что литература хорошая — она есть. Честно
12.10.2005 13:30:08
  • 158advocate
а я вот книги стараюсь не читать.
от них голова болит.
12.10.2005 13:40:20
  • 158advocate
Кстати, про Ад Маргинем — я имел глупость прочесть книгу некоего Арсена Ревазова — «Одиночество — 12». Считаю, что этой книгой издательство себя основательно запомоило. Если бы существовала премия «Хуета года», то Ревазов бы уверенно занял второе место. Как они взялись издавать это говнище — я хуй знает.
12.10.2005 14:32:10
  • контра
пукъ!
12.10.2005 18:18:47
  • Лукошин
Литература — это болезнь. Здоровые человеческие особи ей не увлекаются. Все в сварщики, друзья!
13.10.2005 11:11:56
  • Ворон
все конечно верно, но это же военно историческй баян!
«кортинки не грузятсо!»(С)
13.10.2005 11:16:35
  • БесПокойный
to 158advocate
«я хуй знает» — СЕЙЧАС правильно надо говорить «я хуй его знает» (так мне сказали).
13.10.2005 15:00:00
  • Прохожий
позовёте, когда правильней будет говорить — «я хуй его осознает»
13.10.2005 19:16:42
  • Клоны (пятничные)
Ну надо же, какие все УМНЫЕ.
14.10.2005 13:50:04
  • александр махнёв
Что подкупает в Вашей статье так это искренность. Хотя само трактование проблемы, по сути верно, но несколько упрощённо. На мой естественно взгляд. И кстати говоря: а кто эти «правильные» литераторы? Огласите хотя бы часть списка пожалуйста.

Что касается Пелевина… Ежели не читать Гоголя, Платонова, Булгакова и т.д. и т.п… Ежели не интересоваться философией, в том числе и восточной, то гражданин Пелевин может восприниматься как луч света в тёмном царстве. Такой дайджест для ленивых.
Сорокина пока не соберусь никак почитать. Опасаюсь за свою хрупкую психику.
А вообще как то видел я по телеку прессконференцию современных, остромодных и где то даже русских литераторов: Пелевин, Сорокин, Акунин и госпожа Толстая иже с ними. Вся эта компания больше была похожа на рок-группу но уж никак не на властителей человеческих душ.
17.10.2005 23:49:43
  • Лукошин
«Правильные» — это те, кто печатается в толстых журналах. Надеюсь, Александр, вы не один из них?
Ну а статья, конечно, — голая эмоция.
24.10.2005 12:17:53
  • александр махнёв
ну почему, был грех печатался. в нашем правда, захолустном, ташкентском. и всё-таки, кто они правильные?
25.10.2005 01:21:56
  • Лукошин
Маканин, Искандер, Пьецух, Есин, Петрушевская и ещё хуева туча.
25.10.2005 13:21:08
  • Валера
Автор ни хуя не понимает в литературе, но подкупает искренностью. Книжки пишут по двум причинам. 1. Чтоб денег заработать. Некоторые ничо другого не умеют, кроме как фразы составлять. 2. Чтоб обратить на себя внимание (как правило, с сексуальным подтекстом.
Есть еще которые кайф ловят, пиша, (графоманы), но речь не о них, а об авторах КНИЖЕК.
Ну а читают книжки некоторые по обязанности, а некоторые для удовольствия. А коли ни той, ни той причины нет, так чего ж их читать и возмущаться? Впрочем, говорят, мазохизм тоже удовольствие.
За Лимонова можно ответить (не пидор он), а Шаргунов — правда чмо.
22.06.2006 13:55:51
  • Дядя Саша
Если подумать то говнокнижки тоже нужны. Чтобы все знали к примеру — это говно. А вот это — нет. А то если все книги супер будут, то и сравнивать не с чем.
Ну а кто не отличит незабудку от дерьма — автоматически идет нахуй. Значит это диагноз.
22.06.2006 16:00:50
  • Валера
Да, забыл. Еще вот зачем книжки пишут. 3. Для поддержания статуса. То есть он давно уж живет другим, но ему для этой жизни необходимо поддерживать статус модного писателя. Это, в первую очередь, Ерофеев (ненавижу, блядь), Лимонов, потом всякие Арабовы, Аксеновы, Кабаковы (поубивал бы сук).
23.06.2006 06:19:56
  • Федор
Браво, Шариков! Преображенские — импотентский отстой!!!
Ээээ… вот насчет «правильности» — заминочка у Вас. Как быть с Вашим собственным печатанием в толстых журналах? В «Урале», к примеру? Или удалось на славу отпупырить «тихую степенную тетеньку» прямо на редакторском столе?
20.07.2006 18:24:54
  • Сурат
олег, чем меньше истерики, тем больше прекрасной литературы — и современной при этом! — вы увидите вокруг себя
20.07.2006 22:45:46
  • xcrime&
в цеху по обжигу горшков на продажу — нормальная, рабочая атмосфера. каммент Прохожего к БесПокойному — ржунимагу!
22.08.2006 15:33:36
 
Смотреть также:
 
Олег Лукошин
 
 
  В начало страницы