No more drama! Раздел: Kult прозы Версия для печати

Четыре времени суток

Утро.

Михаил проснулся в крайне неудачном расположении духа. Шею предательски ломило от ночного сидения над книжкой, да ещё ночью снилась всякая бредятина — плеваться хотелось. Повернув свое кислое лицо налево, он увидел Соню, которая уже проснулась и ласково смотрела на мужа.
— Доброе утро.
— Допр утр, — невнятно промямлил Михаил. Соня потянулась и сладко зевнула:
— Кофейку не поставишь? — она улыбнулась, высунула из под одеяла руку и потянула шнурок у окна. Поднялись жалюзи, впустив в спальню лучи весеннего солнышка.
Михаил проворчал что-то несуразное, одел старые потёртые тапки и неуклюже засеменил на кухню. Налив воды в кофеварку, он подставил стеклянную чашу под скворчащую тонкую струйку и пошел назад. На полпути он раздосадованно хлопнул себя по лбу, вернулся на кухню, открыл первый ящик стола, достал кухонный нож и отправился в спальню. Подойдя к кровати, он резко вогнал его по рукоять в горло жены. Из раны хлынула кровь, Михаил стал медленно поворачивать черную пластмассовю рукоятку, утапливая её глубже в рваную плоть Сони. Наконец, он вынул нож, положил его на подушку, открыл окно — в комнате было душно. Чуть приспустив трусы, он извлек наружу свой сморщенный член, натянул кожу, оголив бурую головку, обрамлённую струпьями, критически оглядел его, затем подошел к трупу Сони, встал у изголовья и обмакнул головку в отверстие, проделанное ножом. Теперь член окрасился тёмно-красным, он стал водить им по лбу и щекам жены.
Всё ещё сетующий на дурной сон и ломоту в шее, Михаил натянул трусы, одел брюки, рубашку, посмотрев в окно, решил, что можно обойтись и без куртки, накинул пиджак, наспех зашнуровался и вышел из квартиры. В подъезде он встретил соседского кота Пашку, которого он изо всех пнул носком ботинка. Животное отлетело к двери, послышался легкий хруст, из пасти кота потек тонкий ручеёк крови.
— Твою мать, а?.. — пробормотал Михаил и пошёл вниз по лестнице.

День.

Допивая пиво, Михаил разглядывал посетителей кафешки на открытом воздухе. Он обратил внимание на мужчину, женщину, и малыша, сидевших ближе к холодильнику с напитками. Семья обедала: у каждого было по большой тарелке с картошкой-фри и салатом. Мальчуган забавно ковырялся вилкой по блюду, издавая скрежет. Женщина его одергивала.
Михаил встал со своего места, взял свой стул и подошёл к их столу.
— Прошу прощения…
Ему удалось обратить на себя внимание.
— Можно я к вам подсяду? А то там дует сильно, всё-таки у вас как у стены место, а мне нельзя заболеть, как заразу подхвачу, так потом неделю дома проваляюсь, жена устает лекарства выписывать… Я не помешаю?
— Нет, конечно, присаживайтесь, — приветливо улыбнулась женщина, поправляя чёлку. — Меня зовут Лида. — Миша, — Михаил лишь на секунду задержал взгляд на её пухленьких губках и повернулся к мужчине, протянул руку.
— Миша.
— Слава, — рукопожатие его было крепким, это понравилось Михаилу, а то бывает как поздороваешься с кем-нибудь за руку, так она так и болтается, как дохлая рыба. Присев на свой стул, он улыбнулся мальчику.
— Сколько ему?
— Да седьмой минул уже, — ласково проворковала Лида, — а всё болеет, я прям не знаю — из месяца неделю точно температурит.
— Да ну?! Бросьте, такой богатырь растёт, куда ж ему болеть?
— Да вот всё болеет и болеет, в школу же отдавали в сентябре, так он только в бассейн сходил — чуть воспаление не подхватил, представляете? Слава уже намаялся по врачам бегать, я-то занята всё время — сейчас для аудиторов самый пик…
— Простите, для кого, как вы сказали?
— Лида — бухгалтер в большой фирме, — не без известной доли гордости в голосе заявил Вячеслав. — А я у нас вроде как за хозяйку… — он подавил грустный смешок. Михаил улыбнулся в ответ.
— А что ж вы ничего не заказывайте? — спросила его Лида.
— Точно! Сейчас вернусь, — Михаил встал и заговорщицки подмигнул мальчику. Подойдя к стойке, он заказал себе тарелку супа, стеклянную бутылочку минералки и мороженое. «А ведь мороженое-то ему и нельзя, раз такой болезный», — мелькнуло у Михаила в голове, и он попросил шоколадку.
Вернувшись, он спросил:
— А богатыря-то как зовут вашего?
Лида повернулась к ребёнку:
— Чего молчишь? Представься.
— Валера, — произнес мальчик.
— Валера, — широко улыбаясь, он протянул ему шоколадку, — это тебе.
— Ой, как неудобно, — засуетилась Лида, — Слава, отдай Мише деньги…
— Ни-ни, — замотал головой Михаил и поморщился — шея продолжала болеть, — ни в коем случае.
В этот момент к столу подошёл официант и поставил на стол тарелку с супом. Михаил открыл бутылку, сделал пару жадных глотков и обрушил её на голову Вячеслава. Тот со всего размаху ударился лицом об стол, из головы показалась кровь. Осколки бутылки разлетелись по всей поверхности стола. Резко кинувшись вперёд, Михаил ударил «розочкой» в Лидино лицо, мазанув острыми краями в сторону. Она закричала и попыталась закрыться ладонями, Михаил размахнулся снова и ударил уже кулаком, наотмашь. Женщина упала на плитку, Михаил приложил каблуком по голове затем ещё раз, Лида захрипела. Не медля ни секунды, он схватил тарелку и плеснул обжигающим супом в лицо мальчику. Валера истошно завизжал, Михаил поежился — становилось всё холоднее, проклятый ветер доставал его и здесь. «Надо было всё-таки куртку брать», — раздражённо процедил он, поднял ворот пиджака и, перешагивая через окровавленное тело Вячеслава, пошёл прочь, провожаемый ошалевшими взглядами остальных посетителей.

Вечер.

К тому времени, как Михаил сошёл на платформу, успело изрядно похолодать. Он был единственным во всём вагоне, так и проехав два часа без попутчиков. Солнце медленно садилось за горизонт, оставляя за собой багровую линию заката и подсвечивая разношёрстные облака. Михаил отправился по железной дороге, затем свернул на проселочную дорожку, попетляв немного, он вышел на покосившуюся деревенскую церквушку.
Как давно он здесь не был…
Из дверей высунулась голова прислужника. Он всплеснул руками и запричитал:
— Батюшка! Вернулись, как же ж! Вы или не вы, а?
— Я, — просто улыбнулся Михаил.
— Мы вас так ждали, проходите. А то без вас-то тут всё запустили… — молодой служитель суетился вокруг Михаила, пока тот переодевался в свою рясу. — Батя-то ваш как помёр, так и не кому стало службу-то проводить, а что, я, что ли, да куда мне… Батюшка, а вы надолго к нам-то, али как?
Михаил одёрнул на себе рясу, расправил бороду, надел на шею крест, снова улыбнулся и произнёс:
— Насовсем.

Ночь.

Ночью Михаилу снились цветные сны.

25.11.2005 07:31:22

Всего голосов:  0   
фтопку  0   
культуризм  0   
средне-терпимо  0   
зачёт  0   
в избранное 0   



Логин: * Пароль: *
Текст: *

Комментарии :  7

  • 12345
Хуйня…
25.11.2005 10:00:01
  • контра
ну.
25.11.2005 10:04:36
  • Ф
Полная
25.11.2005 12:27:19
  • www
Похоже автору сейчас еще хуже, чем мне.
27.11.2005 06:50:12
  • Стивен СигАл
про ножи и стряпню… понравилось…
но мало сцен насилия, вот погляди, как у меня в кено делишки-то разворачиваюццо…
29.11.2005 14:58:44
  • 158advocate
Понравилось.
09.12.2005 11:03:28
  • xcrime&
Бред истон эллис. Бросай наркотики фпесду. Попробуй сказать нет.
23.08.2006 12:38:46
 
Смотреть также:
 
No more drama!
 
 
  В начало страницы