Олег Старицин Раздел: Kult прозы Версия для печати

Валенки

Провожает жена мужа в город, дошли до околицы, а она возьми и заплачь. Муж ей говорит: «Не печалься я скоро назад буду». А жена говорит ему:» Я не с того плачу, что ты уезжаешь, а с того плачу что у меня ноги замёрзли».
Русские народные сказки, раздел «народные анекдоты».

За околицей они остановились, Иван посмотрел исподлобья на жену и пробурчал: «Стало быть, иду, а тебе говорю дождися, стало быть, коли любишь». Жена смотрела на Ивана сквозь слёзы и отвечала ему: «Не затем тебя ждать буду, что любовь, а затем, что привезёшь ты мне новы валенки…»
В городе было людно и шумно, Ивана непрерывно толкали прохожие несущиеся неизвестно куда. Несколько раз Иван пробовал было завести разговор с подходящим с виду человеком, но был послан на хер и обиженно бурчал себе под нос: «Не для того, чтобы поговорить я тебе «здравствуй» говорю, а для того, чтобы поздороваться стало быть…»
А водоворот людской покрутил, повертел Ивана да и прибил к небольшому балагану, в яркие цвета выкрашенному. Вокруг балагана народ толпится, глазеет на хозяина и на бабищу его. Хозяин-немец на тонких ногах по журавлиному вышагивает и тонко кричит: «Этот забаффа весма распространён ф цифилисофанный мир и притуман францус-сами. А теперь я, хер Штолц, прифёс её к фам и предостафляю фсего са пьят-ть копеек-к». Но народ мнётся, шутка ли 5 копеек, непонятно за что. Видя такую нерешительность герр Штольц с выражением отчаяния на лице схватил за рукав близко к себе стоящего мужика: «прошу херр мушик, для перфого посетителя песплатно.» Озадаченный Иван только и успел спросить: «Не скоромно ли, батюшка?..», как под протестующие крики немца и радостные возгласы немцевой бабищи был увлечён внутрь балагана. Собравшиеся вокруг занавешенных дверей с вывеской над ними (красными большими буквами «Cunnilingus) успели услышать лишь фразу: «Не потому иду, что даром, а потому что не скоромно».
Не прошло и получаса, как занавеска на двери балагана распахнулась и перед честным народом предстал Иван с багровым лицом и слипшимися в сосульки усами, за его плечом полной луной светилась довольная харя бабищи. На вопросы любопытствующих Иван ежеминутно сплёвывая загадочно отвечал: «Не потому я плююсь, что не понравилось, а потому я плююсь, что рыбы не люблю». Народ заслышав эти слова потянулся к дверям, отдавая заветные пятачки немцу, Иван не подозревая беды с интересом остался наблюдать за происходящим приговаривая про себя: «Не потому смотрю, что злорадствую, а потому смотрю, что они за это деньги платють». Выходившие из балагана сначала тоже краснели, но потом молча присоединялись к Ивану.
Скандал начался с истошного крика: «Да что ж ето делается, православные!?! Немец нас, за наши кровные, пиздою решил накормить!» Взбушевалось народное море. И отведавшие басурманской забавы, и не успевшие вкусить её, все приняли участие в избиении немца. Балаган разметали в считанные секунды. Под обломками стонала немцева бабища, которой последний посетитель (бормоча под нос «Не потому, что желание имею, а потому, что деньги вперёд плочены») успел-таки под шумок задуть во все полагающиеся по русским обычаям полости тела. Началась драка. Досталось между прочим и Ивану.
Два часа спустя Иван в порванной рубахе и с разбитыми в оладьи губами сидел в кабаке и слушал рассказ пьяненького мужичка про то, что «Немцы энти уж во многих городах промышляют… Возьмут в какой деревне бабу подходящую и ездят с ней по ярманкам. Пятачок себе, пятачок ей… И так пока или бабу не убьют или его. Правда бают, что и оба живыми расстаются, когда пятаков поболе соберут…» Иван кивал головой и угощал мужичка хлебным вином.
Высоко в небе светилась полная луна, когда оборванный, исхудавший Иван подошёл к родной избе. Событие на ярмарке столь сильно потрясло его, что около месяца он посвятил бурному запою, работы конечно никакой не нашёл и возвращался домой имея из гостинцев лишь покрытого каким-то мусором петушка на палочке. Сапог на Иване не наблюдалось, поэтому мягкая поступь его не потревожила сон жены. Он оглядел хозяйским глазом горницу и вдруг замер словно оглушённый невидимой кувалдой… В лунном свете он увидел спящую на лавке жену под глазом которой красовался огромный синяк, стоявшие под лавкой новые валенки, а на близ стоящем табурете — полуразвязанный узелок из которого как бы стекал медный ручеёк из медных пятаков. Блестящая слеза скатилась по заросшей щеке Ивана. «Не потому обидно, что не дождалася, а потому обидно, что я тебе, змее, валенки хотел купить», — сказал Иван и пошёл в сарай за топором.

25.02.2004 10:17:36

Всего голосов:  4   
фтопку  0   
культуризм  0   
средне-терпимо  2   
зачёт  0   
в избранное 2   



Логин: * Пароль: *
Текст: *

Комментарии :  6

  • Юный Еврей
Нет слов.
12.03.2004 14:43:06
  • ГИДРА
славно, славно… хе-хе
12.03.2004 15:09:08
  • Ребристый тоннель любви
Вундебар!
12.03.2004 15:09:37
  • Пояс из собачьей шерсти, посме
У Ежа всё пиздатое © 158aдвакат.
12.03.2004 15:10:30
  • Бултых!
смеялся не только потому что остроумно, но и потому, что стильно и продумано!
20.10.2004 07:05:07
  • Абрамсон
Матёрый философ. Славянофилам не показывай-распнут.
15.08.2006 20:00:07
 
Смотреть также:
 
Олег Старицин
 
 
  В начало страницы