Олег Старицин Раздел: Kult прозы Версия для печати

Блики

Вылет откладывался уже в который раз. Шум в здании аэровокзала, днём более походившего на цыганский табор, к ночи затих. В креслах, на чемоданах, прямо на расстеленных на полу газетах, спали уставшие люди. Другие, не менее уставшие, но более активные продолжали бодрствовать в ожидании рассвета и долгожданного вылета. После очередного объявления о задержке рейса осталась одна, но довольно шумная группа. Там продолжался, время от времени прерываемый очередным коротким тостом «поехали», затяжной спор. Спорили в основном двое. Развязный мужик в дублёнке и угрюмый детина в пуховике. Мужик был нагл и многословен, детина наоборот, и неумение его спорить вызывало в детине праведную злобу. Спорили на грани драки, остальные хоть и держали сторону детины, и недолюбливали наглого мужика в дублёнке, но сил встревать уже не было. Шутка ли шесть часов вылета ждать, какой тут спор-драка. Еле-еле стакан до рта доносили.
— …
— Ну, поехали, кхух-х, так к чему я? Так я к тому, что гнилое это дело в жопу-то. Так недалеко и до пидерсии.
— Так я ж не мужика!
— Так что же, что не мужика? Жопа то она одинаковая у всех. Сначала бабу, а потом и мужика. Не-е-ет, не надо мне тут… Не мужика… Жопа она и есть жопа. Вот ты говоришь бабу, а Серёга к примеру скажет, что вот его в жопу вые…
— Ты чё, бля?
— Так я к примеру.
— Иди ты знаешь куда с такими примерами…
— Ну, извини, не Серёга, нет. Просто какой-нибудь гипотетический мужик попадёт в ситуацию… Ну там пьяный, так что же? Один раз не пидарас?! Не-е-ет раз уж попал так значит всё. Точка!
— Бля, ну чё ты буровишь? А если его на зоне? Отморозки? На силка? Что он, тоже пидор? Пиздец?
— По хуй, зона не зона, там просто так не бывает.
— А ты сидел? Сидел? Чё ты, бля?
— Да успокойся, не психуй. Слышь? Проехали. Да проехали, Серёга. Давай-ка накатим ещё. У всех есть? Поехали. Кхух-х-х. Ребята, колбаску давай, не смотри, что страшненькая, под такую водочку и страшненькая идёт, вода у вас тут хорошая, а для водки первое дело. У нас в столицах вода не такая.
— Вот и не пиздел бы. А то жопа, пидарасы…
— Так я не о том. Я о том, что жопа нужна чтобы срать, а остальное пидерсия. Я в чужую жопу не лезу и к своей никого не подпущу.
— Угу, посидишь зимой на бетоне, как миленький попиздуешь на массаж простаты.
— Да ни в жизнь. Никого и никогда. Никаких массажей. В жопу мою ни врач, ни пидор не подберётся. Никому её не видать. Так что, ребяты, ваши предположения гнилые себе оставьте. Не сдвинуть вам меня с точки этой, не переспорить. Лучше бы слушали да учились, а то проебёте очко-то. Хы-хы-хы.
— Так ты хочешь сказать, что не ебёт? Врач, не врач? Только кто, по хуй кто, до очка твоего коснулся и всё? А если я, к примеру, ну не знаю, на войне, что ли… Снаряд взорвался и осколок прямо в очко угодил?! Так что я, это?
— А как же? Сам за жопой не доглядел, так кто ты после того?
— Кто?! Я?! Да чё ты тут строишь из себя, чё ты сказать хочешь?! Ты чё, типа, не пидор, а я пидор?! Чё ты вообще, служил вообще? А?! На войне, что ли был?
— Тихо-тихо-тихо. Серёг, да что ты? Разве я про войну говорил? Я ж просто, типа, говорю, мол, не хуй. Жопу беречь надо, жопу надо на замок и никто к ней не подберётся. Вот и вся наука. Чё ты взъелся-то? Закон жизни такой: проебёшь момент и не видать тебе солнечных бликов в кристаллах шампанского. Давай-ка, кстати, ещё вашей кристальной.
— Бля, вот вы все такие. Типа блики в кристаллах. Шампанское. А водку нашу жрёшь.
— Серёга, да не жлобься ты. Шампанское не главное, главное блики. А водка… Водка ваша, закусь наша. Давай, колбаску-то, закусывай. У всех? Поехали. Кх-х-х-х…

Тут он понял, что «ух» сказать не выйдет, «ух» пойдёт прямо в штаны, страшненькая колбаска стала себя оказывать.

Он повернулся и, на ходу застёгивая дублёнку, бросив собутыльникам: «Щас я», пошёл быстрым шагом к выходу. Краем уха ещё услышал: «А вот я читал, на кол людей сажали, так что теперь они?! Куда ты, эй! Да ладно, Серёга, забей. Пускай идёт, видишь припёрло. Да и вообще, на хуй, спать пора, хватит бухать, сил нет уже». Что было дальше он уже не слышал, потому что почти бежал уже к дверям.

Когда-то в аэровокзале был туалет, в туалете были писсуары и унитазы, умывальники и зеркала. Но зеркала побили, в писсуары накидали окурков и всякой дряни, унитазы забили бутылочным боем, лютые морозы доконали водопровод и двери в туалет забили, а на некотором расстоянии от здания аэровокзала построили замечательный сортир на много посадочных мест черневших над общей, для мужского и женского отделений, выгребной ямой. Туда-то он и бежал по сорокаградусному морозу. Света в сортире, конечно же, не было. Он забежал, поскользнулся на мочевой наледи, покрывавшей дощатый пол сортира, но не упал, а сохранил равновесие и повеселел от осознания того, что и пьяный удержался, не растянулся на запоганенном полу. Даже, встав над смутно темнеющей дырой и расстёгивая брюки, весело пропел: «В буфете взяли шкуру индюка…», расстегнул, стал садиться с маху, по пути расслабляя мышцы сфинктера. «Теперь снуём до ветра в темно-о-о… о-оо-о». Что-то холодное и большое коснулось его, пошло внутрь. Да так пошло, что он явственно услышал хруст и упал от острой боли на бок.

Наверное он долго был без сознания. Очнулся, когда темнота стала сменяться светом. С хрустом оторвал от пола примёрзший рукав дублёнки. Встал. Трясущимися руками достал из кармана спички. Зажёг с третьего раза. И в зыбком свете увидел поднимающуюся над очком сантиметров на двадцать вершину. Конусообразную вершину горы из фекалий многочисленных прежних посетителей сортира, фекалий замерзших, прежде чем они скатились на дно выгребной ямы. Целый говняный Эверест, вершина которого была красной. Нестерпимо болела жопа и он, сев прямо на ссаный лёд, заплакал. Слёзы замерзали на его щеках. Луч света пробился сквозь щель в стене, упал на вершину горы, преломился в покрывающих её кристаллах и красные блики заиграли на стенах.

2004. 03.09

11.03.2004 08:18:19

Всего голосов:  1   
фтопку  0   
культуризм  0   
средне-терпимо  0   
зачёт  1   
в избранное 0   



Логин: * Пароль: *
Текст: *

Комментарии :  14

  • 158advocate
Хы-хы-хы!
11.03.2004 08:31:06
  • Убивец
Ай да Йош.
Написал, да не про писю или там, йайца, а сразу — про жёпу.
11.03.2004 10:46:36
  • Е. Пономарева
Брр,
с одной стороны — герой противный человек, с другой — жуткий финал.
Такого разве кто-то заслуживает?
11.03.2004 10:56:39
  • Жуткий финал | www
Е. Пономарева, такой противный человек, как герой несомненно меня заслуживает.

Меня бвот что беспокоит: как, скажите мне, как я мог возникнуть в голове автора? Что за фантазию нужно иметь, чтобы придумать сцену содомии мужика пирамидкой из замороженного говна?
11.03.2004 11:28:46
  • Пояс из собачьей шерсти
Очень порадовал рассказ. А финал, да, жестокий. В некотором роде беспощадный.
11.03.2004 11:30:42
  • Истукан
«Сцена содомии мужыка пирамидкой из замороженово говна»… Такое вот краткое описание текста… Да, йош… Ну вы, батенька, даете… Но с присущим Вам талантом, базару нет… Ох, какая же мерзость… Какая паскудная сцена… Написано великолепно, тем не менее… Не, ну и морализаторская часть , все дела… Ох, какая гадость…
11.03.2004 21:03:56
  • RobinJameson
Супер… очень понра… описания гавна вааще бесподобно.
12.03.2004 00:02:15
  • Кефирчик
до середины хуй дочитаеш, но блять ф канце смешно.
12.03.2004 13:26:30
  • ГИДРА
хе-хе-хе…
а мурчины-то как испереживалися…
12.03.2004 13:55:44
  • Ребристый тоннель любви
Жестоко, конечно, но смешно.

ГИДРА, мужская жопа, в отличии от женской для пенетрации не предназначена.
12.03.2004 14:02:32
  • Немец
Олег, в свете спички цвета не различимы. Это так, замечание к слову… Рассказ, как ты наверное и планировл, вызвал чувство сильного омерзения. Написано, как всегда круто.
11.08.2004 08:24:39
  • Бултых!
в конце рассказа — обледенел…
20.10.2004 07:00:02
  • Lasdok
Педики хреновы. Вам все бы в жопу.
21.05.2006 09:41:49
  • Абрамсон
…Совсем это не фантазии.
Коми АССР. Инта. 35 мороза. Одиноко стоящий продуваемый ветром насквозь сортир. Свою толику в строительство говняного сталагмита сделал рекордно быстро, яйца зазвенели, но жопа инеем покрыться не успела.
15.08.2006 18:04:35
 
Смотреть также:
 
Олег Старицин
 
 
  В начало страницы