Дмитрий Аверенков Раздел: Kult прозы Версия для печати

Я сосчитаю до пяти — и ты появишься

Раз.

Если человек — это его текст, то как выглядел бы любой из них здесь? Слепым полупрозрачным карликом, без ног и без рук, в деревянной тачке. Куском полуживого воска, высыхающей медузой. Не послать ли к чертям всех этих докторишек-филологов? Мы бывали на дне таких зеркал и заглядывали в такие пропасти, к которым им не подойти никогда. Где мигом слетает вся эта газетная шелуха, все эти «пришли-фотку» и «скока-лет». На тебе — серебряная маска, черные волосы летят по ветру. Это письмо не будет отправлено — как и остальные.

Два.

Просыпался оттого, что мы встали. Так останавливается вода. Или нет — так просыпается заснувший в лодке, когда море, мерно плескавшее в борт, вдруг замерзает. Какое-то время нужно, чтобы привыкнуть к этой наступившей вдруг тишине, к дыханию, к движению крови. Какое-то время я просто лежал, закрыв глаза.

Три.

…увидел ее в освещенном окне проходящего мимо автобуса. Было уже поздно, моросил дождик. Автобус был пустой и светился, как фонарь. Он стоял в пробке. Мне показалось тогда, что эта женщина была какой-то совершенно потрясающей, неземной красоты. (Тогда. Много ли нужно было тринадцатилетнему сопляку). Она была очень бледная, в черном пальто, с голой худой шеей, черные блестящие волосы аккуратно собраны сзади. До того я видел таких только на обложках журналов, в фильмах — иногда. Поворот головы, синие тени у глаз, ярко накрашенный рот — что-то чувственное и одновременно скорбное, отрешенное. Возможно, из-за того еще, что я смотрел сверху вниз, а она явно не видела меня — думала о чем-то своем. В общем, я глазел на нее из темноты, открыв рот — как на электрическую икону или мираж. Автобус медленно двинулся. И тут она потянула вверх руку — как-то странно изогнув и скрючив кисть. Раньше в автобусах, сверху вдоль окон, висели такие веревочки, за которые нужно было потянуть, чтобы водитель услышал звяканье колокольчика и остановился на следующей.

Четыре.

За окном (я это знал) была стена тоннеля, заросшая плющом.
Потом были первые звуки — шаги по коридору, звяк ложки о стенку стакана. Чье-то, вполголоса: «Засниц». Засниц был городом из полуснов, полустанок. Помню, как я удивился, когда нашел его на карте.
И снова просыпался оттого, что осязал некую проходящую через меня цепь, которая медленно, с долгим лязгом, вытягивается — и со скрипом, похожим на стон, поезд трогался

Пять.

У нее на руке не было пальцев. Даже нет…
Ее кисть напоминала ступню младенца. Вместо пальцев были какие-то недоразвитые зачатки фаланг. Как будто руку отливали в форме, и на них не хватило воска.

28.06.2004 09:38:17

Всего голосов:  0   
фтопку  0   
культуризм  0   
средне-терпимо  0   
зачёт  0   
в избранное 0   



Логин: * Пароль: *
Текст: *

Комментарии :  9

  • Кондрат Тычёблин
Сценарий клипа.
28.06.2004 17:15:25
  • Евгений Пухарчук
Жутковатый рассказ.
28.06.2004 17:45:12
  • Федя Белкин
Почему-то Дмитрий Аверенков видится мне высоким худым брюнетом средних лет, с чОрными волосами и чОрными глазами. Соседи его побаиваются, но боятся обсуждать даже между собой. Живёт он непременно в Санкт Петербурге и работает в Музее Востока. В одном из отделов, специализирующимся на ритуальных убийствах у древних шумеров. Или вроде того. И не жизнь у него, а сказка. Страшная такая сказка.

Ну, а если серьёзно, то Аверенков один из самых интересных авторов здесь. Это бесспорный факт. Слежу за его творчеством внимательно ещё со времени публикации «Карлсона».
28.06.2004 17:55:54
  • Супортер
я не в теме…
28.06.2004 19:12:43
  • 158advocate
Ее кисть напоминала ступню младенца. Вместо пальцев были какие-то недоразвитые зачатки фаланг. Как будто руку отливали в форме, и на них не хватило воска.

Я такое видел однажды, когда в детстве лежал в больнице с тавмой позвоночника. В женском отделении лежала девочка Лена. Она была «лежачая». Её ножки, словно длинные батоны ливерной колбасы лежали бесполезными поверх одеяла. А ручки её заканчивались как раз такими вот «ступнями»…

Лене на тот момент было лет двенадцать. Казалось бы… Но она уверяла всех, что её обезательно вылечат.
28.06.2004 19:13:38
  • Зовите Душечкой
Вот такое и называется «болезненная проза».

а вообще нравится очень.
28.06.2004 19:14:44
  • Дм Аверенков
Федя Белкин,

Спасибо за виртуальный портрет.

Да, непременно в Петербурге! В доме стиля art noveau, под снос, с торчащими ржавыми балками вместо балконов и разбитыми мозаиками Климта на стенах… Соседей у него нет — все давно съехали.
Дни он проводит в музее за изучением хроник Ашшурнацирапала II, а ночью пишет тексты или грает на клавесине. И редкие прохожие спешат обойти дом стороной, едва заслышав эту музыку.

Ибо нехорошая слава у того дома… (далее следует тёмная легенда, которую ещё надо выдумать).

28.06.2004 19:51:40
  • All'evtina
*добавка к портрэ виртуё

а я подумала — нет, все-таки, не Петербург. От него только свинцово-гнетущие впечатления и призраки прошлого.) Это все-таки, Прага. С мистицизмом этаким, прозрачным, туманным, Майринковским.

да, буду кратка: проза — моё. Оч-чень созвучное.
06.06.2005 15:59:50
  • Дм Аверенков | www
All’evtina, очень близко с Прагой. Случай с автобусом, о котором речь в тексте, имел место в Стокгольме.
13.06.2005 21:33:38
 
Смотреть также:
 
Дмитрий Аверенков
 
 
  В начало страницы